В эпоху, когда работа для женщин была скорее исключением, чем правилом, им приходилось довольствоваться узким кругом занятий. Считалось, что женская натура лучше всего подходит для дел, требующих терпения, сочувствия и тонкого вкуса. Вот пять профессий, которые позволяли представительницам слабого пола оставаться финансово независимыми.
Модистки
Этот престижный род занятий зародился во Франции в XVIII веке. Модистки не просто шили шляпки — они создавали моду, используя ленты, кружева, перья и драгоценности. В их обязанности входило и обновление старых нарядов: они могли перекроить платье, добавив ему современный вид. Успешные мастерицы открывали собственные ателье, где работали портные, вышивальщицы и корсетницы.
Особую известность профессия получила при дворе Марии-Антуанетты, чья личная модистка Роза Бертен даже получила неофициальный титул «министра моды». В Россию французские модистки приехали после революции 1789 года, и их имена стали символами роскоши и хорошего вкуса.
Однако к середине XX века пышные кринолины уступили место простым платьям и брюкам, и профессия утратила актуальность. Многие модистки переквалифицировались в кутюрье. Самая яркая из них — Коко Шанель, начинавшая карьеру именно со шляп.
Телефонистки
Когда телефонные станции только появились, операторами нанимали мальчишек-подростков. Но те часто грубили абонентам. Всё изменилось в 1878 году, когда компания из Бостона взяла на работу Эмму Натт. Женский голос оказался приятнее для клиентов, а сами девушки — вежливее.
Работа телефонистки казалась простой лишь со стороны. Смены длились 8–10 часов, за которые нужно было сидеть неподвижно перед коммутационной доской. На соединение абонентов отводилось всего 8 секунд. Требования к кандидаткам были строгими: отличное здоровье, безупречная вежливость и полный запрет на общение с клиентами вне служебных фраз.
Несмотря на появление автоматических станций, телефонистки работали в СССР вплоть до 1990-х годов, обеспечивая междугороднюю и международную связь.
Плакальщицы
Одна из древнейших женских профессий. Плакальщиц приглашали на похороны, чтобы они помогали родственникам выразить скорбь. Считалось, что мужчинам не подобает проявлять сильные эмоции на публике, поэтому эту роль всегда исполняли женщины.
Упоминания о плакальщицах есть в Ветхом Завете, а в Древнем Египте они работали парами, символизируя богинь Исиду и Нефтиду. Высшим пилотажем считалось не просто рыдать, а рвать на себе волосы, царапать лицо и биться в конвульсиях — чем ярче страдания, тем значимее покойный.
На Руси их называли вопленицами. Они были востребованы не только на похоронах, но и на свадьбах, где оплакивали невесту, покидающую отчий дом. Одна из самых известных — Ирина Федосова, о которой писал Максим Горький.
Повитухи
В деревнях принимать роды могли только женщины, уже имевшие детей. Вдовы или те, кто перестал рожать, — но ни в коем случае не девицы, даже в возрасте. Считалось, что бездетная повитуха — плохая бабка: «при ней и рожать трудно, и дети не живучи».
Требования к повитухам были жесткими: крепкое здоровье, отличное зрение, безупречная репутация и хорошее телосложение. До XVIII века знания передавались устно, но затем в России открылись первые акушерские школы. Повитух даже брали на государственную службу: они числились при полиции, осматривали проституток и определяли брошенных детей в воспитательные дома.
Им полагались отпуск и пенсия, однако статус был ниже врачебного, а жалованье скромнее. Их мнение часто игнорировали, особенно в судах.
Свахи
Деловитые женщины в возрасте, которые не просто знакомили женихов и невест, но и решали финансовые вопросы: составляли списки приданого, считали деньги и помогали с брачными договорами. В богатых домах свах принимали как почётных гостей. Их обязанности подробно описывал «Домострой», а Островский увековечил такой образ в пьесе «Женитьба Бальзаминова».
В СССР сватовство оказалось вне закона. До конца 1970-х годов за корыстное посредничество между мужчиной и женщиной можно было получить реальный срок по 226-й статье УК. Ситуация изменилась только в 1979 году, когда появились первые официальные службы знакомств. Однако для многих женщин сводничество оставалось не работой, а призванием — как, например, у героини Лии Ахеджаковой в фильме «Москва слезам не верит» или у заводской работницы из картины «Одиноким предоставляется общежитие».